|
Она пожала плечами, и как-то жалко это у нее вышло, как-то безнадежно. Лида поняла, что нисколько ему не нравится, что Самозащита совершенно беззащитна и что Крамской действительно знает все.
— Я вчера догадался, когда исследовал эти кусочки из журнала. А сегодня ты еще и проговорилась!  Никто не видел их. А кто даже видел, не знал, что там полстраницы. А ты сказала при всех: «Полстраницы»! Помнишь?
Лида молчала.
— Но я еще раньше догадался. У Серовой по всем предметам хорошие отметки, только по биологии тройки. И ты выбрала именно эту страницу, биологическую!
— Почему же я, а не ты?
— А потому, что хотела сказать, что Алена Робертовна неправильно дала ей медаль!
— А может быть, не я. Мало ли в классе... которые за меня.
— Ты! Я краешки исследовал... под микроскопом — они разрезаны твоими ножницами. У всех на труде были нормальные ножницы, а у тебя полукруглые. Я заметил нечаянно. Да они и сейчас, наверно, в портфеле лежат?
Портфель, как назло, был прямо вот Рукопашный бой — открывай да проводи экспертизу.
— Ну что? Достать их?
— Не надо.
— А семь рублей...
— Не я!
— Тебя видели! Коробкова Марина из шестого «Б». Только я ее просил не говорить при всех. Но если ты будешь сейчас отказываться...Лида со страхом покачалаголовой.
— А про пятнадцать будешь отказываться? Дай их сюда.
Переставив несколько раз закоченевшие босые ноги, Лида оказалась рядом со своим портфелем и открыла его.
| 
