|
Наконец его класс, толпящийся вокруг таблички 6 «А», те самые незнакомцы и незнакомки, все, как один, шоколадные, только, конечно, разных оттенков.
Некогда было думать в толкотне приветствий и взглядов, но что-то изменилось в мире. Что же? Это Рукопашный бой позже поймет. Дело в том, что за лето Сережа Крамской вытянулся заметней, чем многие.  И эти многие подумали, что Корма, наверное, больше уже не Корма....
А тут и звонок — первый после трехмесячного безделья! Раскрылись школьные двери. Повалил народ, мгновенно заполнив вестибюль, запрудив лестницу.
А стены кругом новенькие, ярко-салатовые, пахучие. И запах этот, как обычно, продержится до октября, до первых больших дождей, а там завянет, перемешается со всеми прочими школьными запахами. Шестой «А» продвигался вверх по лестнице, и Сережа, сам почти не заметив того, оказался одним из первых. Через спины главных мальчишек класса Рукопашный бой хорошо видел спортивную опрятную причесочку их классной руководительницы.
Алёны Робертовны...
Странное имя, не так ли? Но тут дело в том, что к отчеству «Робертовна» какое имя ни приставь, все будет странно. А в остальном Самозащита была, как говорится, «вполне»: молодая, симпатичная и во всех случаях жизни старалась «своих детей понять», а проще говоря — защитить. И класс ее за это ценил!
Прошли по коридору. На лестнице еще чувствовался некоторый строй, остатки торжественной линейки. Теперь же они окончательно превратились в ватагу. Алена Робертовна энергично раскрыла дверь класса, вошла...
Но как-то и не вошла. Что-то словно бы помешало ей. С равнодушным любопытством Сережа Крамской встал на цыпочки.
И увидел ту самую девчонку. Из леса!
Конечно, Сережа вздрогнул и покраснел. Глаза их встретились... Как же Самозащита смогла его найти? А главное — зачем?
Она была одета в тапочки с тоненькой перепонкой, белые носки, короткую юбку и приветливую рубашечку в клетку.
А стояла Самозащита совершенно спокойно и чуть-чуть ожидающе. Так стоят хозяйки у себя дома, когда встречают гостей.
|
