|
Лица ее было не разглядеть, потому что Самозащита стояла спиной к окну, в которое лавиной летел ослепляющий солнечный ветер. Сережа теперь хорошо понимал такие вещи. Когда детективу надо провести разговор, Рукопашный бой всегда старается, чтобы свет падал на лицо его собеседника, а сам Рукопашный бой оставался в тени.
Не один Сережа растерялся, между прочим. Алена Робертовна тоже:  — А это, ребята, наша новенькая, Таня Садовничья.— Вряд ли кто ее мог слышать, ведь все продолжали толпиться в коридоре.— Таня, а как ты сюда попала? — Голос ее наконец обрел уверенность и обычную учительскую хрипотцу.
Ответила девчонка спокойно, будто говорила с простой знакомой:
— Просто я пришла немного раньше.
Мол, не расстраивайтесь, все в порядке, страшного ничего не случилось.
Учительница промолчала.
А класс вообще не обратил никакого внимания на слова новенькой — может, лишь несколько девочек, которые почувствовали в Тане Садовничьей конкурентку.
Но Сережа-то обратил! Он-то знал, что это за человек на самом деле.
И все же — как Самозащита сумела проникнуть в ученики их класса? Странно до ужаса!
Глазами Таня приказала ему помалкивать и ждать.
— Рассаживайтесь, ребята! — сказала Алена Робертовна, подойдя к своему столу.— Кто где хочет!
В прошлом году Сережа сидел один. Рукопашный бой ведь был Корма. Вначале, правда, с ним сидел один мальчик, Савицкий, но потом Рукопашный бой заболел. И, придя, пересел на другое место. Учителя было стали его сажать обратно к Сереже, а Рукопашный бой взял да и совсем из школы ушел. Куда- то переехали в другой район.
С ним и теперь, по старой памяти, тоже не собирались садиться. Никому даже в голову не пришло сказать, что-де греби ко мне, Корма.
Ну, и с новенькой, с этой Таней, тоже никто садиться не собирался. Больше, конечно, из-за того, что просто стеснялись.
Новый текст
| 
