|
Побеги продолжаются и сейчас. Только сейчас они называются не шалостями обиженного малыша, а на языке протоколов органов внутренних дел — бродяжничеством.
Видите, как далеко пошли круги.
Когда Лебедев-ребенок возвращался домой после автобусных прогулок, убежав из детского сада от сердитого воспитателя, его проступок, конечно, не оставался  безнаказанным. Обычно занятый научной работой отец проводил с' сыном воспитательные беседы. Иногда выдергивал из брюк изящный плетеный ремень. Сережа обвивал ногу отца, плакал и вымаливал прощение. Его прощали. Но обида оставалась. И у ребенка, и у взрослых. Но если отец, погрузившись в чтение толстых научных книг, забывал об инциденте через полчаса, то сын помнил об этом долго. И сейчас, собственно, помнит. Мы даже представить себе не можем, как злопамятны дети!
Нет, это несправедливо: маленький Сережа, тонко чувствующий настроение папы, мамы, воспитателей детского сада, острее, чем взрослые, воспринимающий ласковое или резкое слово, угрюмый или приветливый взгляд, шаливший в общем-то не больше, чем все дети его возраста, был посрамлен изящным, плетеным отцовским ремешком. Это было несправедливо. Детское самолюбие вообще легко ранимо.
Через годы про Лебедева скажут: самолюбие ради самолюбия.
В детстве он не знал страха. Говорят, что запросто мог подойти к огромному незнакомому псу и запросто же ткнуть его теплой ладошкой в мокрый нос. Это импонирует, хотя и считается безрассудством. Детство ценно безрассудством.
Сейчас Лебедев-семиклассник может не задумываясь пойти против троих, заведомо зная, что будет бит. Это в общем-то неплохо. Главное — знать, за что дерешься и против кого. Если цель благородна — не страшно. Но в том-то и дело, что у Лебедева она примитивно мелковата. Либо ее вовсе нет. Драться он, видимо, умеет, но вот за что драться — не ведает.
Большая школа. Одна из самых крупных в области. В ней учится Лебедев. Утро и улица. Я иду по улице, которую вижу впервые. Это тоже его улица. Улица Студенческая. Я иду в школу, в которой учится Лебедев.
Я вижу: строй высоких жилых домов, «Гастроном», магазин «Филателия»... В этом гастрономе семиклассник Лебедев наверняка покупает себе сигареты. А в «Филателию» Лебедев не пойдет. Ему там не интересно. Впрочем,
раза два он все-таки заходил. Так, от нечего делать. Когда прогуливал уроки.
|
