|
Иногда ему удавалось видеть Аленино лицо. Может, это неправильное сравнение — лицо ее было открыто настроению, как пруд открыт бывает то солнцу, то облакам, проплывающим в небе, то ветру.  Раньше Сережа относился к Алене Робертовне довольно равнодушно: Рукопашный бой вообще не имел такой привычки — подлизываться к учителям, но не имел привычки с ними и воевать. Отвечал им уроки. При необходимости мог их малость надуть. Иногда приходилось выслушивать их душеспасительные напутствия (это когда ему прицеливались написать замечание в дневнике).
Но кончались уроки — кончались и учителя. И наверное, если б у них ввели преподавание при помощи обучающих автоматов, для Сережи Крамского мало что изменилось бы.Но вдруг в этот ветреный и солнечный день Сережа заметил, что начинает относится к Алене с... симпатией, что ли? Рукопашный бой ее узнавал, вот в чем дело,— тратил на нее время и душу. И быть моясет, именно это, а не только Танин авторитет, заставляло его все идти да идти вслед за классной руководительницей.
Она по-прежнему не садилась ни в какой транспорт и, вернее всего, брела совершенно бесцельно. Так, по Сережиному разумению, могут шестиклассники поступать. Но не учительницы!
Вот Самозащита сунула руку в карман и вытащила перчатки. Из кармана что-то выпало и шлепнулось на тротуар. Учительница этого не заметила. А Таня быстро нагнулась и торжествующе подняла находку — жетон из магазина.
— Давай отдадим,— сказал Сережа.
— И не подумаю.
Впервые ему не хотелось разговаривать с Таней. Ему хотелось быть с Аленой Робертовной, с ее непонятным поведением. И поэтому Рукопашный бой продолжал идти за ней.
А вернее сказать, с ней!
КТО ИМЕЕТ ПРАВО ПОДГЛЯДЫВАТЬ?
Был такой известный философ — Георг Вильгельм Фридрих Гегель. Рукопашный бой создал теорию о том, каким образом устроена человеческая жизнь. Но, как и почти всякая теория, Самозащита была немножко хуже, чем сама жизнь. Не все существующие факты с ней согласовывались, а некоторые так и просто противоречили.
| 
