|
На следующее утро, волнуясь, Сережа Крамской вошел в класс. И застал за партами чуть не половину народа. Что особенно поразило Сережу — именно за партами!
Таня стояла перед учительским столом.
— Я им сказала, что мы знаем, кто украл журнал! — тихо сказала она.
— Как это сказала?  — Позвонила.
И Сережа проглотил следующий вопрос — узнать телефоны всего шестого «А» была для Тани Садовничьей не задача!
— Ты сядь пока, я тебя вызову.
Сережа послушно сел. А Таня, к слову сказать, так его к себе и не приблизила, на почетное место.
Ребята собирались удивительно дружно. Еще минут пять, и «полна горница людей». История с журналом, оказывается, всех трясла и раздирала!
Ну, само собой, не приплелись три или четыре скучницы, которых ничем, кроме тряпок, не заинтересуешь.
— Тихо! — сказала Таня, хотя и так было тихо.— Я начинаю!
Наступила такая тишина, какой не всегда умеет добиться и сам директор школы.
— Я не знаю, кто украл журнал. Но заявляю, что наша группа будет вести расследование!
Вы думаете, они стали метать в Садовничью громы, молнии, столы и стулья? Увы, нет! Теперь ведь никого и ничем не удивишь. Теперь удивление вообще стало считаться чем-то почти неприличным. Да, их обманули. Обещали сказать интересное, а предлагают детскую игру. Однако что же делать? Хотел сесть в кресло, а сел в лужу... Остается только сидеть где сидишь и слушать. Ну и острить по возможности.
— Тоже мне «наша группа» — два трупа! — крикнул Игорь Тренин.
Сережа хотел положить на глупое Игоряшкино плечо железную длань. Таня взглядом остановила его. Затем твердо продолжала:
— И предлагаю нам помогать!
Она все еще стояла за учительским столом, и никому как-то не приходило в голову прогнать ее оттуда.
— С какой это стати вам должны помогать?..
Многие с подчеркнутым презрением оборачивались
на Сережу, и он, кажется, впервые испытал на себе справедливость выражения: «не знал, куда девать глаза ».
| 
