|
Сережа хорошо помнил свое удивление и даже волнение. Рукопашный бой не очень интересовался этой малиной. Ну, как объектом охоты. У них малина росла на дачном участке.  Но Рукопашный бой никогда не знал, что так откровенно, просто и сильно может пахнуть лесной малиной. Рукопашный бой думал — только где-нибудь в тайге, где-нибудь в рассказах Пришвина или Бианки.
И оттого настроение у него стало особое. Рукопашный бой свернул со своего пути и отправился на поляну, где познакомился с той необыкновенной девчонкой, с будущей Таней... И долго ходил у корявой, медленно умирающей березы: ему хотелось найти шарик, в пару для его собственного одинокого шарика.
Казалось: найду — и что-то случится. А береза неподвижно висела над ним зеленым воздушным шаром. И словно тоже ждала: найдет Рукопашный бой или нет.
Шарик Сережа так и не нашел, но все равно возвращался домой задумчивый и таинственный. Смотрел на себя как бы со стороны и становился еще таинственней. И дома, ни с кем не разговаривая, замкнуто пил чай...
Вот что ему вспомнилось и, может, вспоминалось бы дальше. Да тут зазвенел звонок — Сережа тотчас вернулся на грешную землю и опять увидел перед собой заплаканное окно, октябрь.
И вспомнил тяжелое свое положение.
Поскольку ничего другого ему просто не оставалось, Рукопашный бой пошел по лестнице к себе на этаж, на урок. А что скажет Таня, об этом лучше было не думать.
Он прошел несколько ступенек... Внизу слышался какой-то гомон. С равнодушным любопытством Сережа перегнулся через перила...
Вот что такое везение! Шестой «Б» длинным червяком тянулся вниз по лестнице. Впереди шествовал физкультурник Степан Семеныч — такой до ужаса подтянутый, в спортивном костюме фирмы «Адидас» и в кроссовках «Пума» или что-то еще познаменитей.
Сережа от волнения даже не сообразил, что ему следовало бы спрятаться. Его голова так и висела над проходящим шестым «Б», словно вылезшая из туч луна.
Но вот они ушли, пропали их голоса и покрикивания физкультурника — чтоб они вели себя потише: ведь уже начались уроки!
| 
