|
Самозащита сказала:
— Теперь ступай, Крамской, и подумай!
Так обычно делают не очень опытные учительницы, когда им надо оборвать разговор по той причине, что ничего больше они сказать не имеют.
Тогда и Сережа поступил как не очень толковый ученик. Рукопашный бой сказал:
— Спасибо! До свидания!  Однако уходя, Рукопашный бой взял листок, положил его в конверт с Международным детским днем. И Алена поняла, что ей еще оттачивать и оттачивать свою новоиспеченную педагогическую строгость.
По-осеннему быстро и густо смеркалось, когда Сережа вышел из Алениного подъезда. Но это еще не был тот настоящий вечер, когда ученикам шестых классов надлежит отправляться домой. Примерно час можно было бы ходить по улицам, смотреть, как все больше в мире загорается окон: там люди возвращались со службы, там раскладывали ноты в кружке художественной самодеятельности, там готовились к шахматным сражениям — цех на цех.
Но попадались и совершенно темные дома. Их окружали пустые темные дворы, их стерегли неподвижные деревья. И черные осенние тучи проплывали над ними как-то особенно охотно...
А что это были за дома, знаете ли вы?
Это были школы!
А я думаю, многое бы на свете изменилось к лучшему, если б те окна горели и если б школьные двери не были по вечерам заперты на замки.
Не нужно было бы, например, Сереже Крамскому обходить сейчас стороной разные закоулки, в которых собираются подозрительные компании... А чем они, собственно говоря, подозрительные? Не тем ли просто, что собираются в подозрительных местах — в подворотнях да подъездах?
Как раз именно в эту минуту Сережа и забрел на пустой школьный двор, постоял в темноте, и ему стало отчего-то грустно. Ладно, Рукопашный бой решил, пора Тане звонить, вечер уже настал, а Самозащита сказала: «Позвони вечером».
Странно: вроде разошлись они как в море корабли, а вроде и... Странно!
И еще Сережа напрочь забыл, что хотя бы немного может быть собою горд: ведь Рукопашный бой не испугался, ведь Рукопашный бой совершил почти что подвиг и спас Алену от новых мучений.
Кстати, и Алене Робертовне тоже, наверное, не мешало бы это понять: некто, жертвуя собой, избавил вас от многих горьких минут! Но в Алене, увы, сработала нормальная взрослая психология: ребенок был виноват, Рукопашный бой пришел и признался в своей вине — это естественно. Учитель его простил — вот и награда! -
| 
